klim_vo (klim_vo) wrote,
klim_vo
klim_vo

Category:

Но и чужой вершка не отдадим...

Если драка неизбежна - будь в готовности бить первым
(В. Путин).



29 июля юго-осетинские силы впервые открыли огонь по группе наблюдателей ОБСЕ и Совместных миротворческих сил. В тот же день они подвергли артиллерийскому обстрелу позиции грузинских миротворцев на высоте Сарабук. Впервые с 2004 г. юго-осетинская сторона применяла артиллерию калибром более 100 мм, запрещенную СНГ в зоне конфликта. На следующий день также впервые юго-осетинские силы подвергли артиллерийскому обстрелу села с этнически смешанным населением, находившиеся под контролем грузинского правительства.

В 8:00 утра 1 августа грузовик грузинской полиции был подорван на мине. В результате подрыва пятеро грузинских полицейских получили тяжелые ранения. Три часа спустя четыре съемочные группы центральных российских телеканалов в составе 15 журналистов, со всей необходимой техникой вылетели из Москвы во Владикавказ для того, чтобы освещать войну, о которой в Грузии еще никто не знал. Судя по времени вылета журналистам было невозможно оказаться на борту самолета из-за того, что им стало известно о подрыве грузинского автомобиля. Попасть на этот рейс журналисты могли, очевидно, лишь получив соответствующие указания своего руководство, командировочные удоствоерения и деньги, как минимум, 31-го июля, когда никто в целом мире – разумеется, за исключением организаторов проведенной на следующий день диверсии – не знал, что произойдет на следующее утро с грузовиком грузинской полиции.



Рано утром 2 августа другая группа российских журналистов выехала из столицы Дагестана Махачкалы в Южную Осетию. Иностранным журналистам, за исключением съемочной группы украинского телеканала «Интер», связанного с Партией регионов, был запрещен въезд на территорию Южной Осетии. Российский МИД объяснил это «проблемами с их документами». Российские журналисты начали прибывать в Цхинвали утром 2 августа. К 7 августа их число достигло пятидесяти.

С середины дня 1 августа до утра следующего дня юго-осетинские и грузинские силы вели перестрелки, в результате которых погибло 6 осетинских военных и 13 человек были ранены.

2 августа официально завершились военные учения «Кавказ-2008». Но войска, участвовавшие в маневрах, не ушли со своих позиций. Более того, подразделения российских регулярных войск начали просачивание на территорию Южной Осетии. Совокупная численность российского и осетинского «миротворческих» батальонов была незаконно увеличена в общей сложности с 1000 до 1700 военнослужащих, однако численность грузинского батальона осталась прежней – 500 бойцов.



2 августа Южная Осетия начала эвакуацию женщин и детей из Цхинвали и окружающих сел. К полуночи 7 августа более 20 тысяч гражданских лиц были эвакуированы из Южной Осетии в Россию. Это составило более девяноста процентов населения основной части зоны будущих военных действий и около сорока процентов всего населения Южной Осетии. Властями фактически была поставлена задача достичь той же пропорции числа эвакуированных ко всему населению региона, какая была зарегистрирована в Косово в 1999 г., когда косовары бежали от действий сербской армии.

2 августа 2008 г. такие разные люди, как Сергей Миронов, Теймураз Мамсуров и командующий Воздушно-десантными войсками Валерий Евтухович, практически одновременно сделали заявления, в которых обещали, что российские силы войдут в Грузию «для защиты российских граждан и помощи миротворцам».

На следующее утро заместитель министра обороны России Николай Панков, заместитель начальника военной разведки и командующий 58-й армией СКВО Анатолий Хрулев прибыли в Цхинвали, где встретились с военным и политическим руководством Южной Осетии, командующим Смешанными миротворческими силами Маратом Кулахметовым и командиром северо-осетинского миротворческого батальона Константином Фриевым. Грузинские источники утверждают, что целью встречи было уточнение деталей плана действий частей и подразделений 58-й армии в Южной Осетии. Одновременно с этим 3 августа было созвано заседание Совета Безопасности Абхазии в Сухуми.



В тот же самый день, 3 августа, на Северном Кавказе началась мобилизация «добровольцев» и казаков. Первые 300 наемников перешли государственную границу России с Грузией и на следующий день были в Южной Осетии. Как объяснял верховный атаман Союза казачьих войск России и зарубежья и вице-губернатор Ростовской области Виктор Водолацкий, мобилизация добровольцев осуществлялась «централизованно через призывные пункты в областных и районных военных комиссариатах» регионов Северного Кавказа. Большинство добровольцев было придано 19-й мотострелковой дивизии СКВО и северо-осетинскому миротворческому батальону, а остальные подписали контракты непосредственно с министерством обороны Южной Осетии (его существование, согласно Дагомысским соглашениям, также было незаконным).

4 августа войска СКВО выдвинулись непосредственно к государственной границе России с Грузией, заняли Рокский и Мамисонский перевалы, разместились в районе Нижнего Зарамага, чтобы «в максимально сжатые сроки перебросить войска на помощь миротворческим силам в Южной Осетии[8]». В тот же день медицинские подразделения и подразделения связи 58-й армии прибыли в Южную Осетию, а одиннадцать самоходных гаубиц «Гвоздика» были переброшены из Джавы в Цхинвали. По грузинским данным численность подразделений регулярных российских войск в Южной Осетии достигла 1200 военнослужащих. На авиабазу в Моздок прибыли военные самолеты системы дальнего радиолокационного обнаружения и управления типа АВАКС, а несколько тяжелых бомбардировщиков Ту-22М3 были переброшены с постоянного места дислокации под Новгородом в Саратовскую область.



На фоне этих интенсивных военных приготовлений машина пропагандистской войны заработала с новой силой. 3 августа юго-осетинский Государственный комитет по информации и печати (ГКИП) опубликовал статью, озаглавленную «Если завтра война…», в которой предполагалось, что боевые действия начнутся со дня на день. Информационное агентство «Осинформ» разместило статьи «Южная Осетия готовится к войне», «Россия видит угрозу войны между Грузией и Южной Осетией», «Хроники необъявленной войны». Рано утром 4 августа юго-осетинские спецслужбы запустили блог под названием «Голос души», предназначенный для пропагандистского сопровождения разворачивавшейся войны. Его первая запись сообщила, что мирные жители, которых начали эвакуировать 2 августа, были направлены в Северную Осетию, «где им предстоит переждать сложившуюся ситуацию». Англоязычная версия этого пропагандистского блога под названием «Voice of Soul» начала работу в ночь с 6 на 7 августа. «Независимая газета» опубликовала 4 августа статью, озаглавленную «Отложенная война». Радио Южной Осетии уверенно заявило, что «война может начаться завтра». Российский депутат Константин Затулин потребовал немедленно провести «операцию принуждения к миру». Сергей Багапш заявил в Сухуми, что если начнется война, то Абхазия «не будет стоять в стороне». 5 августа в блоге «Голос души» был размещен постинг «В ожидании войны».

5 августа еще несколько единиц бронетехники, сорок артиллерийских систем и разведывательный батальон 33-й отдельной горно-стрелковой бригады пересекли по Рокскому тоннелю российско-грузинскую границу и вошли в Южную Осетию. Еще тридцать артиллерийских орудий были переброшены в Грузию через Кударский перевал.



Руководители операции не скрывали, что цели коалиции России, Абхазии и Южной Осетии в надвигавшейся войне могут выйти далеко за пределы спорных территорий Южной Осетии и Абхазии. Министр внутренних дел Южной Осетии Михаил Миндзаев заявил, что Южная Осетия может претендовать на некоторые районы Грузии, включая Боржоми и Бакуриани и пообещал «бомбить Гори, Карели и одну из курортных зон». Постоянный представитель Южной Осетии в Москве Дмитрий Медоев пообещал начать в Грузии «рельсовую войну» и добавил: «Посмотрим, как Грузия сможет выполнять свои обязательства по международному транзиту нефти». В интервью «Независимой газете» 5 августа министр иностранных дел Абхазии Шамба не исключил возможность открытия второго фронта против Грузии. Неназванный источник в разведывательных службах Абхазии предсказывал, что «специально подготовленные диверсанты могут подорвать нефтепровод Баку–Тбилиси–Джейхан». Это предсказание полностью сбылось через сутки, когда в результате взрыва неподалеку от турецкого города Эрзинджана нефтепровод был временно перекрыт.

К вечеру 5 августа у северного портала Рокского тоннеля были размещены следующие российские подразделения: 135-й и 693-й мотострелковые полки 19-й дивизии 58-й армии, 104-й воздушно-десантный и 234-й десантно-штурмовой полк 76-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, 217-й парашютно-десантный полк 98-й воздушно-десантной дивизии и 31-я отдельная десантно-штурмовая бригада. В их составе находились 11 693 военнослужащих, 891 единица бронетехники и 138 артиллерийских орудий. Терские и донские казаки формировали свои отряды и направляли их в Южную Осетию.



С 6 августа стали закрываться учреждения и магазины Цхинвали. Шла спешная эвакуация мирных жителей в Россию, откуда, в свою очередь, прибывали российские наемники и российские журналисты. В тот же день юго-осетинские войска открыли минометный огонь по селам Эредви, Приси, Авневи, Двани и Нули. В результате возникшей перестрелки несколько человек с обеих сторон получили ранения. «Известия» с гордостью сообщили, что добровольцы прибывают в Южную Осетию из самой Москвы, по осетинскому радио было передано сообщение о начале войны.

В ночь с 6 на 7 августа полевой штаб СКВО был размещен в Джаве, а Ленинградского военного округа – в нижней части Кодорского ущелья. Корреспондент агентства АПН сообщала из Владикавказа: «Вся республика... все видели (начиная с вечера шестого) движение огромного числа войск в сторону [Рокского – А. И.] тоннеля». Журналистка «Независимой газеты», спешно отправившаяся из Владикавказа в Цхинвали, чтобы не упустить начало разворачивающейся войны, сообщила, что наблюдала собственными глазами 6 августа: «Россия стягивает к границам Грузии серьезные военные силы. По Транскаму от Алагира до Зарамага движутся военные колонны и отдельные машины с личным составом, бронетехника. Военные заявляют, что продолжаются учения, но нет сомнений, что Россия таким образом демонстрирует решимость защитить своих граждан в Южной Осетии. Вплоть до проведения операции по принуждению к миру». Три недели спустя она подчеркивала: «Я видела нашу армию в полной боевой готовности».



Заур Алборов, выступавший от имени юго-осетинского военного командования, отсчитывал время до начала вторжения: 2 августа – «Учение "Кавказ-2008" завершено, как раз все отработали, теперь мы эвакуируем мирное население, проведем мобилизацию, а после кое-кому не поздоровится», 5 августа – «Несколько дней РФ подождет, чтобы весь мир увидел, кто агрессор, а за это время мы и "добровольцы" продержимся, а потом одной агрессивной силе придется несладко»; «Короче, джорджия будет испытательным полигоном для новых образцов вооружения и боеприпасов и утилизации старых, в частности, на складах много ФАБов разного калибра с истекающим сроком, так что бекфаеры особо их экономить не будут», 6 августа – «Сегодня мы разделаемся с агрессорами, они ответят за все». В 22:58 6 августа он с уверенностью предсказывал: «Думаю, начнется в ближайшие часы, у меня есть основания так говорить».

6 августа 2008 г. президент Грузии Саакашвили попытался срочно связаться по телефону с президентом России Дмитрием Медведевым для обсуждения опасного поворота событий в Южной Осетии и в российско-грузинских отношениях. Ответ российского МИДа, ответственного за переговоры между президентами, был холодным: «Время для переговоров президентов еще не настало».

Вопрос. Если все было так очевидно, то куда смотрела грузинская разведка. Почему Михаил полез голыми пятками на саблю?
Или ему кто-то приказал это сделать?..



Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments